Author: Черниговская
Company: pressmarketing

Современная жизнь латинского языка

Предполагаемый портрет греческой поэтессы Сафо. Помпейская фреска. 

Латынь считается мертвым языком, но во Франции в последнее время наметилось настоящее возрождение интереса к этой материи. Классических авторов издают снова, причем в книжных сериях, нацеленных на широкую публику, и в сопровождении новых комментариев. Античные произведения и их современное эхо пользуются огромным успехом, о чем свидетельствуют данные книжных магазинов.

Гийом Лоран

Немногим более десяти лет тому назад "Магазин литтерер" посвятил почти целый номер "возвращению латинских авторов". Редакционная статья призывала читателей снова взяться за изучение мертвых языков, которые на протяжении многих веков входили во Франции в курс обязательного образования лицеев и коллежей.

Крупный латинист Пьер Грималь, профессор Сорбонны, принимал участие в составлении этого номера. В своей статье он писал о том, что издательство под названием "Арлеа" выпустило несколько новых переводов, которые благодаря более современному и простому языку делали античную литературу более доступной для широкой публики. В этом он видел луч надежды и появление нового отношения к латыни и греческому.

Прошло десять лет, и мы можем констатировать, что Пьер Грималь, уже ушедший из жизни, был прав. Переиздания античных авторов не только участились за последние годы, но обращаются к ним издательства, работающие с самой широкой публикой. Двуязычные тексты знаменитой серии "Бель Леттр - Гийом Буде", до сих пор предназначавшаяся для университетской элиты и продававшаяся по высоким ценам, публикуется отныне в карманом дешевом формате с облегченным справочным аппаратом и презентацией, предназначенной для широкой публики. Другие издательства, "Фолио" и "Арлеа" также выпускают переводы в карманном формате, но без оригинального латинского текста, иногда в полной версии, но чаще в виде избранных отрывков.

Историки-журналисты и моралисты

Pимская фреска из Помпеи. Государственный археологический музей из Неаполя (Италия).  
Наряду с авторами, которые всегда фигурировали в каталогах классической литературы для студентов и лицеистов издательств "Гарнье-Фламмарион", "Атье" и "Ливр де Пош", доступными для широкой публики. Речь идет прежде всего об историках, в том числе о Цезаре и его "Галльской войне", Саллюстии, Таците и Тите Ливии, о мемориалистах и моралистах, таких как Сенека, Плиний Младший и Цицерон, а также о поэтах, среди которых Гораций, Вергилий и Овидий.

Параллельно с этим в печать выходят учебники латыни для взрослых, а на полках книжных магазинов можно найти только что напечатанный латинско-французский словарь "Гаффио", употреблявшийся из поколения в поколение учащимися средней школы. На этот раз он выпущен в карманном формате. Другой словарь, "Кишера и Шатлен", также был переиздан недавно, а новые словари уже стремятся составить им серьезную конкуренцию, поскольку принимают во внимание изменения, произошедшие за это время в языке. Среди таких словарей следует отметить словарь Анри Гельцера ("Пош Фламмарион").

В области научных исследований также происходит настоящее обновление. Новое поколение ученых создало целый ряд трудов, ориентация и содержание которых отвечают запросам нашей эпохи. Исследователи прибегают к самым разным методам гуманитарных наук. "Чтение в Риме" Катрин Саль, профессора Нантерского университета ("Петит Библиотек Пайо") является образцом подобного жанра. Автор обращает внимание на специфические предметы, в данном случае письменность и чтение, трактуя их не абстрактно, а в их социальном аспекте, рассказывая нам о меценатстве, публичных чтениях, роли библиотек и создании первых литературных конкурсов. 

Еще более показательной является создание два года тому назад серии "Они и мы", также опубликованной издательством "Бель Леттр". Современным писателям предлагают написать эссе о жизни и творчестве одного из латинских авторов, проводя параллели между его эпохой и нашей.

Игра параллелей

Среди уже выпущенных книг отметим книгу Ксавье Патье "Гораций в деревне" как наиболее удачную, поскольку не прибегая к упрощениям, автор рассказывает нам о жизни поэта в эпоху Октавиана Августа и Мецената, объясняя причины, заставившие большинство французских писателей-республиканцев примкнуть после 1958 года к V республике. Он также отмечает, что существует два типа авторов: с одной стороны, Мориак и Пруст, влюбленные в собственное детство, а с другой, ненавидевший его Мальро. Гораций, поясняет нам Ксавье Патье, обладает удивительной особенностью принадлежать к обеим группам. Это видно, в частности, по его произведениям, вдохновленным поместьем Тибур в римской провинции, напоминающим Малагар Мориака, в то время как Октавиан Август играет роль генерала де Голля.

Признаемся, что подобное разнообразие рождает желание лучше узнать античных авторов. Но с чего начать? Два текста могут послужить введением. Прежде всего, это избранные письма Плиния Младшего ("Время для себя", изд. "Арлеа"). Уже через несколько страниц вы входите в мир крупного римского чиновника, племянника известного писателя и начинаете следовать за ним в разные моменты и периоды его жизни. Настоящее открытие! Не пропустите при этом рассказ об извержении Везувия, написанный по просьбе Тацита, в котором описывается гибель Геркуланум и Помпеи, свидетелем которой Плиний Младший стал в возрасте восемнадцати лет. Во время этой катастрофы погиб его дядя, славу которого можно было бы сравнить в наше время со славой нобелевского лауреата одновременно по литературе и физике. И еще один интересный отрывок: письма крупного чиновника, посланные из самых дальних уголков империи императору Трояну с вопросами о том, что делать с мало кому известной и непонятной сектой христиан.

Второй интересной книгой является "Война против Джугурты" Саллюстия. На сотне страниц историк-журналист рассказывает нам о военной экспедиции, давно забытой, но воспламеняющей воображение. Даже в наши дни, когда талантливые репортеры передачи "Специальный корреспондент" или газеты "Нью Йорк Таймс" рассказывают нам об Афганистане (при отсутствии типографий произведения латинских авторов были рассчитаны прежде всего на публичные чтения), они обращаются к тем же литературным приемам. Описание событий отличается удивительной ясностью, особенно когда речь идет об объяснении последствий войны и влияния ее на развитие столичных учреждений. Если бы Саллюстий жил в наши дни, ему непременно присудили бы Пулитцеровскую премию.

Мир, близкий к нашему

Как объяснить, что люди , писавшие две тысячи лет тому назад, ближе стоят к нашему миру, чем Монтень и Паскаль? Причин достаточно. Каков бы ни был их родной язык или религия, все они были гражданами универсальной империи, существовавшей задолго до American Way of Life. Она называлась Pax Romana. В наши дни pax americana обладает тем же единообразным фасадом, за которым, как мы хорошо знаем, стоят многочисленные местные конфликты, развивающиеся подчас самым беспощадным образом. К этому нужно добавить отсутствие доминирующей религии и большое количество сект и верований, исчезновение публичной морали и превалирование мгновенного успеха, политического и финансового. Политические институты также не соответствовали реальности мира, а социальные контрасты толкали целые народы или отдельных людей на поиск нового видения мира и нового равновесия.

"Магазин литтерер" десять лет тому назад подчеркивал, что СПИД отбросил нас всех на начальную точку отсчета, то есть к тому же моменту писем Сенеки к Луцилию, в которых он писал о всеприсутствующей смерти. Жители древнего Рима словно действительно были нашими современниками. В их книгах, конечно, не найти решений, применимых к нашей эпохе. Но продолжая поиск в древних книгах, вы почувствуете себя не так одиноко.